Убийца служанок | Colors.life
299

Убийца служанок

«За три года до того, как Джек Потрошитель начал терроризировать Лондон, и за восемь лет до появления одного из самых известных американских серийных убийц — Генри Говарда Холмса, в Остине, штат Техас, прокатилась серия жестоких преступлений. Жертвами убийцы становились женщины-служанки. Пресса подхватила прозвище преступника, данное ему писателем О’Генри, „Убийца служанок“».
Как это часто бывает — самые загадочные и запутанные преступления остаются нераскрытыми. Таким было делом Джека Потрошителя, таковой является история «Убийцы служанок» из Остина.

Существуют теории, утверждающие, что преступник, ответственный за обе серии убийств — один и тот же человек. Утверждение ошибочное, но вполне объяснимое, ведь между двумя сериями преступлений заметны некоторые сходства. Если не в почерке убийцы, то в том впечатлении и резонансе, которые произвели его деяния на общество. Даже сейчас «Убийцу служанок» часто называют американским Джеком Потрошителем.

Недаром о преступлениях в Остине писал Уильям Сидней Портер, известный как О’Генри. Авторство прозвища преступника, «Убийца служанок», принадлежит именно ему. В письме к друг, Дэйву Холлу, 10 мая 1885 г., он писал, что скуку в этом городе разбавляют ночные набеги «Убийцы служанок», которые «оживляют унылые часы ночи».

Итак, за три года до того как мир узнает о существовании Джека Потрошителя в Великобритании, в Соединенных Штатах, небольшом техасском городке Остине прокатилась серия жестоких убийств. Метод действия убийцы вырисовывался вполне определенно. Как правило, он нападал ночью или ранним утром, когда люди спали, а жертвами чаще всего становились женщины-служанки.

Семь женщин, пять черных и две белых, были убиты. Кроме того, были и раненые. Все жертвы атакованы во сне в своих постелях. Пятерых женщин нападавший вытащил на улицу и убил на открытом воздухе. У большинства жертв в ухо был вбит «острый предмет».

Первая жертва

Кровавая вакханалия в Остине началась на Рождество, за два дня до нового, 1885 года. Первой жертвой убийцы стала чернокожая 25-летняя служанка Молли Смит. Она родилась в Вирджинии и пересекла почти всю страну, прежде чем остановилась в Остине. К этому времени у нее был десятилетний сын Джордж, предположительно рожденный от белого мужчины из Уэйко по имени Роберт Роджерс. Но ко времени, когда Молли обосновалась в Остине, след Роджерса давно простыл, и она жила вместе с другим мужчиной, Уолтером Спенсером. Она работала прислугой в доме страховщика Уолтера К. Холла. Тридцатилетний бойфренд Уолтер Спенсер, разнорабочий в том же доме, в злополучную ночь мирно спал в соседнем с Молли помещении, в крыле хозяйского дома, предназначенного для прислуги.

Преступник напал глубокой ночью. Обухом топора он нанес сокрушительный удар по голове Спенсера, лишив его сознания. Потом было установлено, что обломок кости черепа застрял в его глазу. Затем злоумышленник проник в спальню Молли и напал на нее. Находящуюся без сознания женщину, он вытащил через окно на задний двор хозяйского дома, где изнасиловал и убил.

Прийдя в себя и обнаружив, что Молли исчезла, с залитым кровью лицом, Спенсер поплелся в хозяйскую часть дома, чтобы позвать на помощь. Он встретил Тома Чалмерса, брата хозяина, и рассказал, что случилось. Чалмерс приказал Уолтеру отправляться к врачу, а сам организовал поиски исчезнувшей служанки.

Удивительно, но искавшие никого не нашли. Только около 9 часов утра сосед, который вообще не участвовал в розысках, заметил какой-то странный предмет под навесом. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это тело Молли Смит. Ее лицо носило следы жестоких побоев, ночная сорочка изорвана в клочья, а на шее зияли две глубокие раны, нанесенные топором. То, как располагалось тело и беспорядок в одежде, позволяли предположить, что молодая женщина подверглась также и сексуальному насилию. Там же было найдено и орудие убийства — топор, который преступник принес с собой.

Местный шериф Маршал Грумс Ли спешно собрал группу для преследования убийцы. Люди с гончими по кровавому следу отправились в погоню, но результатов поиски не дали. След остыл. К слову, Остин, в котором проживало около 25 тысяч человек, обслуживали 12 сотрудников офиса шерифа. Часто для проведения, как сказали бы сейчас, оперативно-следственных мероприятий приходилось привлекать неравнодушных обычных горожан.

«Кровавая работа!» — пестрели заголовки утренних газет. Статьи живописали жестокое убийство и рассказывали о жертве. Ее жизненные обстоятельства мало чем отличались от жизни любой афро-американской женщины, работавшей служанкой. Они проживали, как правило, в хозяйском доме, в помещении для прислуги. Если они были замужем, мужья часто работали вместе с женами, жили также в хозяйском доме, но отдельно от жен. Жизнь Молли Смит складывалась именно так.

В эти края стекалось множество освобожденных рабов. Большинство из них были ремесленниками и хорошими специалистами. Это было время, когда в Остине возникло своего рода, бесклассовое общество, где чернокожим людям жилось весьма неплохо. Они имели возможность свободно работать и заниматься бизнесом. Хотя в условиях, когда практически никто из них не имел достаточного образования, большинству, действительно, приходилось работать прислугой, поварами и разнорабочими в богатых домах.

В 1884 г. в Остине уже существовали несколько кварталов, где негры чувствовали себя, как дома. Они дистанцировались от белых сограждан. В «черных» районах существовали свои магазины, рестораны, бары, и даже театр и публичные дома.

Самым большим таким районом был Уитвилль, раскинувшийся между Шол Криком на западе и Рио-Гранде-стрит на востоке. Он был основан бывшим рабом из Арканзаса Джеймсом Уиттом. После освобождения из рабства, вместе с семьей он вернулся в Техас, заработал денег и приобрел землю в Остине, на которой по иронии судьбы ранее располагались плантации рабовладельцев. Многие чернокожие бывшие рабы, кузнецы, плотники, сельскохозяйственные работники и животноводы, селились на земле Уитта и в скором времени этот район получил название Уитвилля.

Первый подозреваемый и первый арест

Первым под подозрение попал муж Молли, Уолтер Спенсер. Шериф Ли действовал по давно отработанной схеме, существующей по сей день. В случае убийства жены, муж становится первым подозреваемым. Однако обстоятельства преступления и свидетельские показания оправдывали Спенсера. Даже если ему удалось бы нанести себе подобные увечья, что само по себе было маловероятно, у него не оставалось времени для того, чтобы вернуться в свою комнату и бежать вместе с другими домочадцами на место преступления.

Тем не менее Ли полагал, что, прежде всего, нужно обратить внимание на ближайшее окружение Молли. Так в поле зрения следствия оказался Уильям «Лем» Брукс. Он был тем мужчиной, с кем встречалась Молли до тех пор, пока не стала жить со Спенсером. По мнению шерифа Ли, жестокость с которой было совершено преступление, указывает на его личный характер, а ревность бывшего бойфренда достаточная причина для убийства. Лема Брукса арестовали.

Следователям пока еще не было известно, что они столкнулись с серийным убийством. Кроме того, возобладал извечный принцип — самая лучшая версия та, которую легче доказать в суде. Поэтому ревность, как мотив для убийства жертвы бывшим любовником подходила лучше всего. Детективам было невдомек, что Лем Брукс в скором времени предоставит самый неприятный для следствия вид алиби, не приложив для этого никаких усилий. Будет совершено новое преступление, к которому Брукс, находясь в тюрьме, не мог иметь какого-либо отношения.

Ну а пока, не имея никаких материальных доказательств, таких как отпечатки пальцев, не говоря уже о более серьезных идентификационных экспертизах, следствие неумолимо готовило Брукса к суду над ним. Жюри коронера, состоявшее из пяти белых мужчин, пришло к выводу, что у Лема Брукса имелись средства и мотив для совершения преступления.

Новая жертва

Прошли долгие шесть месяцев после первого убийства, прежде чем преступник нанес новый удар. В среду, 6 мая 1885 года, обнаружено тело еще одной чернокожей служанки Элизы Шелли. Женщина была убита в хозяйском доме на углу улиц Хасинто и Капресс. Не понадобилось много времени, чтобы связать два убийства. В прессе увидели сходство в образе действий убийцы одновременно с детективами, и нарекли преступника «Убийцей служанок» (The Servant Girl Annihilator или The Servant Girl Murders). Первым, кто присвоил убийце его прозвище, как мы уже говорили, был знаменитый писатель, а в то время газетный репортер О’Генри.

Элиза Шелли около месяца работала поваром в доме доктора Л. Б. Джонсона, уважаемого жителя Остина, занимавшего в свое время пост в городском законодательном собрании. Она проживала вместе со своими тремя детьми в части дома, отведенной для прислуги.


В ту злополучную ночь госпожа Джонсон услышала громкие крики и отправила свою племянницу, чтобы посмотреть, что случилось. Девушка вернулась очень быстро и сообщила ужасную новость — работница Элиза мертва. Мисс Джонсон немедленно уведомила мужа, и он стал первым, кто осмотрел место преступления.

Хозяин дома, мистер Джонсон, обнаружил тело 30-летней Элизы Шелли на полу ее комнаты. Череп был расколот надвое ударом топора. Обильные следы крови на подушке указывали на то, что убийца напал, когда женщина спала, а потом он стащил ее на пол, на груду одеял. Поскольку тело убитой было обнажено и лежало в странной выгнутой позе, возникло предположение, что она была изнасилована.

Муж Элизы, как и первый подозреваемый в предыдущем убийстве Лем Брукс, находился в тюрьме, а сама Элиза никогда не была замечена в излишнем общении с мужчинами. Становилось ясно, что искать нужно кого-то, кто не входил в круг близких знакомых жертв.

Расследование осложнялось тем, что Остине крутилось много разного люда. Сюда съезжались множество людей в поисках работы. Большое количество незнакомцев сновали в городе, посещали публичные дома и таверны. Кроме того, многочисленные заключенные использовались на общественных работах, и убийца мог беспрепятственно жить среди них.

Восьмилетний сын Элизы рассказал о человеке, которого он видел проходящим по дому поздней ночью, когда было совершено нападение. Мальчик проснулся, и мужчина толкнул его в угол комнаты, а потом накинул на него одеяло, приказав молчать. Потом мальчик заснул, и понятия не имел, что случилось с его матерью. Полицейские даже предположили, что преступник усыпил его хлороформом. Учитывая, что не так давно из дома дантиста в Остине был украден хлороформ, это было похоже на правду. Однако описание внешности убийцы мальчик дал туманное, и это никак не могло помочь идентифицировать нападавшего.

Детективам не оставалось ничего, кроме как снова задействовать полицейских ищеек, и снова безрезультатно. Путь, который они смогли проследить, оказался слишком коротким и никуда не привел. Правда, в результате этого мероприятия удалось задержать подозрительного 19-летнего юношу, который оказался слишком тупым, чтобы протестовать. Позднее, при сопоставлении его следов со следами, оставленными Убийцей служанок, детективы вынужденно признали, что мальчишка не при чем.

Потом история повторилась. Задержали чернокожего мужчину, с которым у Элизы были близкие отношения некоторое время назад. Но он также оказался невиновен, как и Лем Брукс. Это стало ясно после того, как Убийца служанок убил снова.

Третье убийство. Уже серийный убийца

Как известно, согласно современной классификации, серийными убийцами можно называть человека, совершившего три и более убийств. Таковым «Убийца служанок» стал через две недели после совершения последнего преступления. 23 мая 1885 г. еще одна чернокожая служанка была убита около полуночи в доме своей хозяйки Софии Витман. Служанку звали Ирэн Кросс. На этот раз убийца использовал нож, но раны, нанесенные жертве от этого не стали менее ужасными. Преступник действовал с такой силой и остервенением, что голова женщины, как и ее правая рука, были едва не отделены от тела.

Сохранились сведения о том, что репортеры прибыли на место преступления раньше полиции, и один из них даже утверждал, что жертва была еще жива. Но даже, если это не журналистская байка, выяснить у Ирэн, кто напал на нее, не удалось бы. Убийца служанок позаботился об этом, перерезав ей горло.

После третьего убийства, когда окончательно стало ясно, что Остин столкнулся с сумасшедшим маньяком, власти были весьма обеспокоены. Никогда еще разгуливающий по улицам чокнутый убийца не приносил городу ничего, кроме неудобств и финансовых потерь. Кроме того, возникал расовый мотив, который общественного спокойствия никак не добавлял. Одни выступали против большого притока иностранных рабочих, другие полагали, что убийца белый, ополчившийся на чернокожих женщин, третьи, напротив, считали, что виновен черный. В любом случае, улицы Остина пустели, увеселительные заведения лишались былого наплыва посетителей, городом овладевали настороженность и страх.

Жаркое лето 1885-го.

Некоторое время «Убийца служанок» не давал о себе знать. Остин возвращался к нормальной жизни, когда в конце августа произошло новое нападение. И не одно.

Очередные жертвы были атакованы к югу от того места, где была убита Элиза Шелли. Ребекка Реми работала и жила в доме местного предпринимателя Валентайна Уида. Убийца служанок напал на нее глубокой ночью во сне. В этот раз он использовал металлический прут. Нанеся женщине несколько сильных ударов, преступник переключился на 11-летнюю дочь Ребекки, Марию, которая находилась здесь же, в своей кровати. Он вытащил девочку на улицу, перенес в ближайший переулок, где изнасиловал ее, а потом убил все тем же железным прутом. В ухо жертвы был вбит металлический гвоздь, повредивший мозг девочки.

Удивительно, но, несмотря на то, что убийца орудовал на улице, свидетелей не оказалось. Ребекка выжила, но перенесла сотрясение мозга, и не смогла дать описание преступника.

Убийство Марии примечательно тем, что рядом с телом был обнаружен довольно четкие отпечатки босых ног. Причем, была заметна особенность — нога «Убийцы служанок» была деформирована. Возможно, у преступника отсутствовал мизинец.

Бойня и вещественные улики

26 сентября повар Люсинда Бодди решила навестить свою подругу Грейси Вэнс, которая работала в доме адвоката, майора Данхэма. Грейси проживала в крыле для прислуги вместе с гражданским мужем Оранжем Вашингтоном. День прошел хорошо и спокойно. Вот только ближе к его завершению Люсинда почувствовала слабость и попросилась переночевать в комнате у подруги.

Около полуночи спальня огласилась истошным воплем. Грейс кричала, что кто-то схватил ее, и молила о помощи. Первым примчался Вашингтон, но как только он пересек порог комнаты, сразу же был сбит с ног ударом топора. Лезвие проломило его череп, и мужчина рухнул замертво.

Вскочившая с постели Люсинда, не успела убежать, натолкнувшись на темную фигуру убийцы с топором. Она упала на пол и потеряла сознание. Впоследствии, во время медицинского осмотра было установлено, что ударом топора кости ее были раздроблены и осколки повредили мозг. Но женщина выжила.

Злоумышленник, а, возможно, и злоумышленники — обстоятельства преступления позволяли предположить, что нападавший был не один — проникли в комнату через окно. После того как Оранж и Люсинда были нейтрализованы, отчаянно сопротивляющуюся Грейси Вэнс вытащили из комнаты, перенесли через двор в конюшню. Женщина подняла шум и устроила жестокую борьбу со своим убийцей, прежде чем он не прекратил ее сопротивление ударом камня по голове. Удар был настолько сильным и голова настолько деформирована, что опознать Грейси по лицу было невозможно.

Когда в комнате для прислуги к Люсинде вернулось сознание, она нашла силы для того, чтобы разжечь керосиновый фонарь и осмотреться. На полу лежал Оранж Вагшингтон с залитым кровью лицом. Но вдруг она увидела незнакомого мужчину. Как только проблеск фонаря осветил комнату, он закричал, чтобы она не смотрела на него и убрала свет. В панике Люсинда бросилась вон из помещения, крича настолько громко, насколько была способна в своем состоянии.

Наконец, на крики в крыле для прислуги прибежал хозяин дома, майор Данхэм. В одних источниках говорится, что он встретил, бежавшую к нему навстречу Люсинду, в других утверждается, что он даже видел, как ее преследует какой-то человек, от которого она отбивалась, а после того как он заметил Данхэма, помчался прочь из его дома.

Намереваясь позвать на помощь соседей, он выбежал во двор и нашел в конюшне тело своей служанки Грейси Вэнс. А также улику. Вокруг запястья мертвой женщины обвивалась цепочка с золотыми часами. Насколько ему было известно, часы не принадлежали Вэнс, а это могло означать, что их принес с собой убийца и потерял их вовремя борьбы со своей жертвой. Кроме того, Данхэм заметил, что в конюшне привязана оседланная чужая лошадь. Стало ясно, что на ней приехал убийца и бросил в спешке, когда поднялся шум.

Между тем, на следующее утро Оранж Вашингтон умер в больнице от ран. Люсинда пребывала в шоке, и никто не поручился бы, привиделся ли ей незнакомец в спальне или он существовал на самом деле. Как и то, был ли нападавший один или в спальне оказался другой человек. В любом случае, той ночью в стрессовой ситуации сознание женщины было затуманено, кровь заливала глаза, а все вокруг погружено в темноту. Полиция снова оставалась без описания подозреваемого.

Хьюстон, у нас проблемы!

После очередной атаки граждане Остина решили сформировать Комитет бдительности и патрулировать улицы города. Множество нареканий вызвала деятельность или, точнее, бездеятельность шерифа Маршала Гримсби Ли. Люди полагали — в том, что убийца до сих пор не пойман, вина шерифа, а не стечение обстоятельств или ловкость преступника. Общественность Остина не желала мириться с мыслью, что к убийствам причастен кто-то из горожан. От шерифа Ли нередко требовали подтвердить легальность пребывания в городе любого человека.

Маршал Ли пошел на отчаянный шаг. Он обратился в хьюстонское отделение знаменитого детективного агентства, и вскоре в Остин прибыли несколько сыщиков Алана Пинкертона. Однако вопреки литературным произведениям, пинкертоны больше надеялись не на дедуктивный метод, а на розыскной опыт и умение добиваться нужных показаний, и не всегда при помощи душеспасительных бесед.

Пинкертоны, действительно, взялись за дело, засучив рукава. Они вышли на неких Дока Вудса и Оливера Таунсенда, двух черных парней из пригорода Остина. Первый был знаком с Люсиндой Бодди, а второй угрожал убить Грейси Вэнс. К тому же, во время задержания у Вудса среди вещей обнаружили окровавленную рубашку. Маршал Ли полагал, что их признание — дело скорого времени.

Одновременно ищейки Пинекертона обрабатывали еще одного перспективного кандидата в «Убийцы служанок», некоего Алека Мака. Его подозревали в причастности к изнасилованию и убийству Марии Реми. Пинкертоны переусердствовали, и к тому времени, когда Мака отпустили, не добившись признательных показаний, его тело было покрыто гематомами и ссадинами. Дело просочилось в прессу, и Маршалу Гримсби Ли пришлось оправдываться, рассказывая захватывающие истории о погоне и драке с подозреваемым при аресте, отчего у него и появились синяки.

Объяснениями пресса удовлетворилась, но вопросы остались. И главный из них: когда будет пойман «Убийца служанок» и прекратятся жестокие убийства?

Убийца меняет почерк

Очередной удар «Убийца служанок» нанес в канун Рождества 1885 года. Ровно через год после первого убийства. За это время уже пострадали восемь человек. Пять из них были мертвы и трое живы.

Проснувшись посреди ночи, житель Остина Моисей Хэнкок обнаружил, что его жены в постели нет. Он нашел ее на заднем дворе своего дома по улице Сан-Хасинто. Сью Хэнкок задремала на стуле, откуда преступник, забравшийся в дом, выкрал ее и вытащил на улицу. Женщина была забита насмерть, череп расколот ударом топора, ее изнасиловали, а мозг пробили железным прутом, воткнув его в ухо.

Практически в то же самое время, в одном из самых богатых районов Остина, было обнаружено тело хорошо известной местным жителям, признанной красавицы Юлы Филлипс. Она была буквально распята на земле, с руками, придавленными к поверхности земли какими-то досками. Это, кстати, тоже заставило считать, что убийца был не один. Женщина подвергалась сексуальному насилию. Она проживала в доме своего мужа, Джимми, вместе с малолетним сыном. Супруг также был атакован. Он лежал в постели без сознания, с тяжелой раной на затылке. Мальчик, к счастью, остался целым и невредимым. Испуганный, не в состоянии вымолвить ни слова, он сидел в углу комнаты с яблоком в руке. Топор лежал сдесь же, посреди спальни, и от него тянулись кровавые следы до того самого места, где лежала мертвая Юла Филлипс. На протяжении этих капель и подтеков крови остались отпечатки мужских ног. Но с этим следом, как и со всем расследованием, предстояло разбираться уже новому шерифу, который пришел на смену Маршалу Гримсби Ли, Джеймсу Люси. Не имея возможности решить проблему, власти, как это нередко бывает, продемонстрировали видимость работы — вместо убийцы наказали шерифа, который не смог его поймать. Однако, как и предшественник, Джеймс Люси не был волшебником, и не мог вынуть убийцу из рукава.

Весть о новых убийствах распространилась быстро. Репортерам даже удалось увидеть тело Юлы Филлипс еще до того, как оно было убрано. «Кровь! Кровь! Кровь!» вопил один заголовок. «Черные демоны жаждут крови белых людей!», кричал другой. И действительно, последние два убийства отличались от предыдущих. Женщины не работали прислугой, и они были белыми.

Город погружался в страх и мистицизм. Многие с подачи прессы стали стали говорить о сверхъестественном происхождении убийцы. Например, распространялись слухи от том, что убийства совершает группа индейцев-команчей, расположившаяся в окрестностях Остина. Другие, более прагматично настроенные граждане предпочитали вооружиться до зубов и заняться освещением улиц своего города. Именно в это время были сооружены «Башни Лунного Света», которые зажигались по вечерам и мощными прожекторами освещали ночные улицы города. Они простояли целое столетие, напоминая своим существованием о жестоком убийце орудовавшем в этих местах.

Шериф Люси сосредоточился на профилактических мероприятиях. Всех своих сотрудников он выгнал на улицы для патрулирования и сбора информации обо всех чужаках, замеченных в городе. Офис губернатора объявил денежное вознаграждение за поимку или хотя бы информацию о преступнике. А пока граждане вооружались, старались не выходить без особой надобности на улицу в вечернее время, а увеселительные заведения закрывались не позже полуночи.

Еще никто не знал, что это были последние убийства, и «Убийца служанок» больше никого не побеспокоит. Но логика полиции, заключалась в том, что кто-то должен был ответить за содеянное. В течение трех ближайших дней арест был произведен, и он вовсе не означал, что дело было раскрыто.

Финал, в котором больше вопросов, чем ответов

После убийств Сью Хэнкок и Юлы Филлипс, по установившейся традиции под стражу взяли их мужей. Правда, больший интерес полиции вызывал супруг Юлы Филлипс, Джимми. Несмотря на то, что он также пострадал, злую шутку сыграла с ним его репутация. Не дурак выпить, он часто попадал в неприятности и для местной полиции казался неплохим подозреваемым. Создается впечатление, что чувствуя свою несостоятельность в противостоянии с немотивированным убийцей, детективы постоянно стремились уйти от его поисков и переложить ответственность на ближайших родственников жертв, что хотя и случается довольно часто, но далеко не всегда. Журналисты и то были настроены гораздо более скептически, нежели следователи. В прессе эту версию подняли на смех, справедливо замечая, что весьма маловероятно, чтобы два женатых мужчины решили в одну ночь убить своих жен, да еще сходным способом.

Тем не менее, полиция начала раскручивать обвинения против мужей. Мотивом для убийства Сью Хэнкок, по мнению следствия, могло стать некое письмо, найденное в доме, из которого следовало, что Сью не только собиралась оставить мужа, но и изменяла ему.

С делом об убийстве Юлы Филлипс мотив, казалось, еще весомее. Джимми был женат на ней около двух лет, семейная жизнь складывалась несладко. Джимми был не ангел, они часто ссорились, а соседи рассказывали, что он даже бросался в нее вещами и гонялся за ней с ножом. По этой или по иной причине, но Юла в долгу не оставалась. Вскрылись факты, что она занималась проституцией, работая в одном из «домов свиданий» в Остине. Даже в день убийства она была на работе. По версии следствия, после того, как она вернулась со «смены», узнавший обо всем Джимми Филлипс убил свою жену. Следствие обнародовало даже такой факт: топор, которым была убита Юла, принесла она сама для защиты, но обезумевший муж воспользовался им как орудием для совершения преступления.

Прокурор довел дело до суда однако отец Джимми нанял крепкую группу адвокатов, которые сумели сильно поколебать позицию обвинения в глазах присяжных. И главной каплей стал отпечаток следа ноги, обнаруженный на месте преступления, который, как считало следствие, принадлежал убийце и Джимми Филлипсу. Трудно сегодня сказать, произошло ли это по глупой халатности или детективы были настолько были ослеплены уверенностью в виновности Филлипса, но качественная экспертиза по-видимому не проводилась, и все что понадобилось сделать адвокатам, так это прямо в зале судебных заседаний провести эффектное сличение следов. Ногу Филлипса обмакнули в ванночку с чернилами и сделали оттиск на листе бумаги. Невооруженным взглядом было видно, что след Филлипса значительно меньше оттиска с места преступления.

Тем не менее, полностью доказать перед присяжными невиновность Джимми Филлипса не удалось. Прокурор смог убедить их, что у Филлипса был мотив и возможность совершить убийство. По его мнению, он намеренно подражал почерку «Убийцы служанок», чтобы свалить на него собственное преступление. Его признали виновным в убийстве второй степени и приговорили к семи годам тюремного заключения. Однако еще до наступления нового, 1886 года, Апелляционный суд Техаса отменил приговор и Филлипс вышел на свободу. Похожая история произошла и в деле Моисея Хэнкока. Прокурору не удалось убедить суд, что Хэнкок знал о письме жены, которое компрометировало ее в его глазах, а значит и мотив был неочевиден.

Главный подозреваемый

Следствие снова осталось ни с чем, но на счастье жителей Остина убийства прекратились. По мнению большинства исследователей, произошло это не потому, что «Убийца служанок» уехал из Остина, например, в Лондон, как полагали некоторые, когда через несколько лет мир узнал о Джеке Потрошителе. А потому что он был убит во время конфликта с полицией, не относящемуся к делу «Убийцы служанок».

К моменту разгула «Убийцы служанок» освобожденный раб, девятнадцатилетний Натан Элгин проживал в Остине, Уитвилле, вместе с родителями и сестрой, которой исполнилось девять или десять лет. Так как они жили поблизости от дома основателя поселения Джеймса Уитта, юноша ухаживал за его дочерью Салли. Девушка отвечала ему взаимностью однако ее отец уже успел вкусить власть и влияние, и как основатель «города» считал себя выше других. Уитт полагал, что для ее дочери подойдет кто-нибудь другой, нежели нищий оборванец Элгин. Но к чести Уитта нужно сказать, что он не стал разыгрывать шекспировскую драму, и когда дочь поставила вопрос ребром, сдался, дав согласие на свадьбу.

Натан Элгин и Салли Уитт поженились в 1882 году. Мужу в то время исполнилось 16 или 17 лет. В скором времени у них родился первенец, а потом и второй ребенок. Элгин устроился на работу поваром в один из лучших ресторанов в Остине на Конгресс-авеню. Жил он неподалеку, в квартире, предоставленной работодателем. Салли с детьми проживала отдельно и виделась с мужем гораздо реже, чем хотела.

И вот, когда все в Остине пристально следили за драмой разворачивающейся с обвинением двух мужчин в убийстве своих жен, на одной из улиц разыгралась другая, привлекшая гораздо меньше внимания.

Молодой повар Натан Элгин, женатый на дочери основателя крупнейшего района для чернокожих в Остине, повздорил с одной из жительниц города по имени Джулия. Элгин был пьян и приставал к женщине в баре. По-видимому, он получил отказ, и это взбесило его. Вооруженный ножом, Элгин вытащил женщину на улицу и пытался затащить в подворотню. Вероятно дело закончилось бы насилием, но крики Джулии привлекли внимание прохожих и они вызвали полицию. Прибывшие на место два полицейских, пытались утихомирить Элгина, но он продолжал размахивать ножом. В какой-то момент лезвие клинка пронеслось слишком близко от лица одного из служителей правопорядка, и тот получил право стрелять. Пуля пробила позвоночник Элгина и парализованный он рухнул на землю. На следующий день он скончался.

Во время осмотра тела Натана Элгина было установлено, что на его ноге отсутствует мизинец. След, оставленный на земле рядом с телом Марии Реми вполне мог принадлежать Элгину. Немаловажным обстоятельством оказалось также и то, что места всех преступлений расположены недалеко от места жительства Элгина. Ему достаточно было пройти несколько минут от каждого из них, чтобы оказаться дома.

О мотивах Элгина можно только гадать. Как предполагают некоторые исследователи, у Элгина могло развиться психическое заболевание на почве ревности к жене, которая работала служанкой в богатом доме, из-за чего они не могли создать полноценную семью и жить вместе. Случаи, когда служанки становились объектом домогательств со стороны хозяев, на которых они работали — частое явление, и Элгину об этом было хорошо известно.

Одно, в чем можно быть уверенным — после смерти Натана Элгина, «Убийца служанок» исчез навсегда...


Теги
#убийство #убийцы #история
Вам будет интересно
Комментарии (0)
Серафима Самарина
Серафима Самарина
472 дн. назад
/// Scroll to comments or other