Роман с властью Фаворитки режимов | Colors.life
50

Роман с властью Фаворитки режимов

Матильда. Ставка на Романовых

Матильда Феликсовна Кшесинская, прима-балерина Мариинского театра, блистала не только на сцене. В ее жизни был громкий, хотя и краткий роман с молодым цесаревичем Николаем. Роман закончился с его женитьбой на принцессе Алисе Гессенской. Но за те несколько лет, что великолепная Матильда была царской подругой, она завоевала лидирующее положение в труппе Императорского театра. Впоследствии ей приписывали самые изощренные интриги и участие в скандальных историях.

Один из примеров – увольнение из-за Кшесинской директора Императорских театров князя Волконского. Конфликт начался с нелепых фижм для театрального костюма, которые примадонна отказалась надеть, продолжился приказом о взыскании, наложенном на артистку дирекцией в виде штрафа и выговора, и завершился триумфальной победой Кшесинской: директор подал в отставку.
Матильда Кшесинская была настоящей звездой. Обольстительная, впитавшая с рождения воздух театра, самоотверженная в работе и авантюристка в жизни, она, пожалуй, осталась одной из самых заметных фигур в истории отечественного балета. Она прожила почти сто лет, достигла вершин славы и богатства, величественно перенесла потери и эмиграцию и умерла в Париже в 1971 году, не дожив года до собственного столетия. В Париже Кшесинская преподавала и писала мемуары.

Царь не забывал единственную любовницу своей жизни и обещал, что она всегда сможет обратиться к нему в трудную минуту. На прощание он сделал Кшесинской подарок – купил для нее тот самый дом на Английском проспекте, где они славно проводили время в разгар своего романа. По иронии судьбы этот особнячок в свое время был куплен для балерины Императорского театра Кузнецовой, любовницы великого князя Константина Николаевича.
Кшесинская перешла из рук в руки к кузену Николая великому князю Сергею Михайловичу, который опекал и баловал ее, ограждал от врагов и помогал расправляться с недоброжелателями. Кшесинская сильно страдала после разрыва с императором, но покровительство Сергея Михайловича помогло ей забыться и даже укрепить свои позиции в труппе – князь руководил Театральным обществом и ведал балетом.

Своего будущего мужа, великого князя Андрея Владимировича, Кшесинская встретила на званом обеде после бенефиса в честь 10-летия своей службы в театре. Он был моложе ее на шесть лет, удивительно хорош собой. Поженились они только 20 лет спустя на Лазурном берегу, когда ей было уже сорок девять. Сергей Михайлович, влюбленный в Матильду навечно, дал свое отчество ее незаконнорожденному сыну Владимиру, звал замуж. Но балерина выбрала молодого князя Андрея. Потеряв в России все богатства и бесчисленные сокровища (украшения от Фаберже, бесценные камни), Кшесинская с сыном и Андреем бежали на юг, а потом, пережив все мытарства Гражданской войны, – во Францию. За шесть лет до катастрофы там была куплена на ее имя вилла в Кап д'Ай. Здесь и нашла приют вся семья после бегства с родины. Здесь после долгожданного замужества она получила титул великой княгини Красинской-Романовской.
Еще долгие годы Матильда Феликсовна вспоминала, как, идя мимо собственного дома в Петербурге, она увидела за оградой прогуливающуюся и покуривающую Александру Коллонтай в накинутой на плечи меховой пелерине, принадлежавшей Кшесинской.
Она поставила на самую высокую вершину – царскую семью – и в конце концов потеряла все.

Ольга. Исход Жизели

Расцвет другой звезды императорской сцены, Ольги Спесивцевой, пришелся на большевистский переворот. Она сделала ставку на победителей. И тоже проиграла. Серж Лифарь называл Спесивцеву одной из трех граций XX века (вместе с Анной Павловой и Тамарой Карсавиной). Спесивцева пришла в Мариинский театр накануне Первой мировой войны. Ее декадансная сумеречная внешность идеально вписалась в эпоху между двумя революциями. Спесивцева – одна из наиболее трагических фигур в русском балете. Пройдя через революционные испытания, расставшись с Волынским и потолкавшись некоторое время в кругу пламенных революционеров, она заработала себе репутацию Красной Жизели. Во время революционного террора она продолжала выступать. Подруга большевика, неукротимого чекиста, она порвала с прошлым примадонны императорской сцены. Вряд ли она рассчитывала приобрести какие-то политические дивиденды или укрепить свои позиции в труппе, просто в стихии переворота самым надежным укрытием ей показались железные объятия представителя новой власти.
Именно тогда ее настигли первые приступы страшной душевной болезни, которая затуманит ее разум на долгие годы. Чтобы поближе познакомиться с симптомами сумасшествия, необходимыми для роли Жизели, Спесивцева посещала лечебницу для душевнобольных. Она знала, что творчество, которое ею ценилось превыше всего, ради которого она была готова на любые жертвы, погубит ее. Когда в мясорубке революционных разборок погиб ее «красный» покровитель, Спесивцева, уже страдавшая манией преследования, решила бежать за границу.

Прима-балерина Мариинки окончательно порвала с родиной в 1923 году, но страшный сон кровавых событий революционного переворота в Петрограде, вакханалия террора и цинизма, поколебавшая незыблемые подмостки императорской сцены, преследовали ее всю жизнь. Она просыпалась от кошмаров: ей снились наемные убийцы, озверелые матросы, чекисты с пистолетом на боку, руководившие искусством.
Увлечение Лифарем, ее партнером в балетах «Жизель», «Пери», «Вакх и Ариадна», интимным другом Дягилева, нанесло балерине еще одну душевную травму. Одаренный красавец был совершенно равнодушен к женщинам.Последний спектакль Ольга Спесивцева дала в Буэнос-Айресе. Депрессия и душевная болезнь никогда больше не позволили ей выйти на сцену.
Больная и измученная балерина перебралась в США, где вскоре попала в психиатрическую лечебницу. В состоянии полной амнезии и распада сознания она пробыла там до 1963 года, а потом неожиданно выздоровела. К ней вернулась память. Ее партнер Антон Долин оставался верен балерине и в дни славы, и в годы забвения.

Последние годы Спесивцева провела в пансионате Фонда Льва Толстого, организованном дочерью писателя Александрой Толстой для одиноких соотечественников. Спесивцева скончалась там в 1991 году, 94 лет, успев сняться в документальном фильме: она надевает кокетливую шляпку и идет в православную церковь к службе, а потом рассказывает и даже показывает танцевальные движения. С Жизелью она разделила не только безумие, но и бессмертие.

Великая Немая советского балета

Галина Сергеевна Уланова умела держать дистанцию. Она не хотела вступать с властью в какие бы то ни было отношения. Это власть выбрала Уланову (которую Сергей Прокофьев назвал «обыкновенной богиней») своим кумиром. От «Жизели», «Лебединого озера», «Бахчисарайского фонтана», «Ромео и Джульетты», «Умирающего лебедя» в ее исполнении сходили с ума простые солдаты и балетоманы, выдающиеся композиторы и артисты. Она же всегда держалась холодно и отстраненно. За эту черту ее прозвали Великой Немой.
О многих звездах Большого сплетничали, что они были фаворитками членов Политбюро. Одна купалась в шампанском в ванне, обложенной по периметру черной икрой, другая прославилась художествами похлеще... Одна из героинь тех сплетен, кстати, до сих пор держит в трепете весь Большой театр.
Про Уланову ничего такого не говорили: не давала повода.
Ее сопровождали блестящие мужчины, ценившие прежде всего редчайший талант и человеческую уникальность балерины. Расставаясь со своими мужьями, она сохраняла с ними достойные отношения. Она не стремилась ни к богатству, ни к славе, все само ложилось к ее ногам. Уланова жила в огромной квартире в высотке на Котельниках, в этом городе-государстве, населенном творческой и военной элитой

Однажды у Улановой украли машину. Когда балерине сказали об этом, ни один мускул не дрогнул на ее бесстрастном лице.
Столько наград, сколько было у Улановой, не имел ни один лидер коммунистической эпохи.ланова не была красива: небольшие глаза, не самые идеальные линии, неяркая, без блеска. Магия ее таланта заключалась в поразительной одухотворенности танца, в его строгой выразительности и редчайшем совпадении со вкусами эпохи. Ее героини были кумирами и идеалами, а не секс-символами. Уланова была непорочна, как снег. И именно эта целомудренность сделала ее королевой.
Галина Сергеевна, до конца жизни ходившая на высоких каблуках и ежедневно делавшая гимнастику, немногословная и погруженная в себя, полностью соответствовала своей высокой репутации. Сильно переживала, что в последние годы, идя по коридорам Большого театра, иногда не слышала обычных приветствий. Новое поколение танцовщиков, лицом к лицу столкнувшись с живой легендой, не узнавало ее.

Галина Уланова никогда не участвовала в политике. В отличие, скажем, от жены Юрия Григоровича Натальи Бессмертновой, бывшей депутатом Верховного Совета. Танцевала в правительственных концертах – и все, пожалуй. Когда разразился скандал между бывшим руководителем Большого Юрием Григоровичем и нынешним директором Владимиром Васильевым, Улановой удалось сохранить нейтралитет.
Рудольф Нуриев в каждый приезд Улановой в Париж стремился встретиться с ней. Она открыто не осуждала его невозвращенства, однако от встреч неуклонно, но очень деликатно отказывалась. В ее гостиничном номере всегда стояли цветы от Нуриева, сам же он допущен к ней не был ни разу. В советские времена у человеческого достоинства были пределы.


Вам будет интересно
Реклама
Комментарии (0)
Елена Епихина
Елена Епихина
305 дн. назад
/// Scroll to comments or other