Гениальные любовницы великих любовников | Colors.life
186

Гениальные любовницы великих любовников

"Женщины созданы для того, чтобы их любили, а не для того, чтобы их понимали", - отметил Оскар Уайлд, который понимал женскую сущность лучше многих мужчин. Самые знаменитые женщины навсегда вписали свои имена в историю.
И хоть некоторые из них не кажутся нам роковыми красавицами, и они действительно не обладали неземной красотой, но их запомнили в веках…

Римлянка Валерия Мессалина вошла в историю как самая распутная любовница, будучи при этом женой императора, она стала символом похоти и блуда. Жила Мессалина в I веке нашей эры и умерла от руки своего мужа в возрасте 23 лет. Она хотела возвести на престол своего юного любовника Гая Силия.

Историки также утверждают, что на тот момент она уже была серьезно поражена сифилисом, так что смерть от руки мужа стала красивым - и довольно удачным - окончанием ее беспутной жизни.

По словам ее современников, она была куда распутнее императора Нерона, который славился дикими оргиями, детскими гаремами и превращенным в бордель императорским дворцом...

Египетская царица Клеопатра - одна из самых мудрых любовниц, далеко не красавица внешне.

Клеопатра, возможно, самый скандальный персонаж Древнего мира. Ночь любви с царицей стоила мужчине жизни, тем не менее, желающих испытать на себе всю страсть роковой красавицы от этого меньше не становилось.

Каждый мужчина был исполнен решимости покорить Клеопатру своей силой и мастерством, а на утро не только остаться в живых, но и стать ее законным мужем и царем Египта. Но Клеопатра была бескомпромиссна: ни одному из своих любовников она не оставила жизнь.

Специалисты-египтологи называют Клеопатру не только приверженкой свободной любви, но и опытной феллатрисой (фелляция от лат. fello - сосать), или, проще говоря, Клеопатра делала потрясающий минет. Возможно, именно по этой причине древние греки дали ей имя Мериохане - в переводе с греч. - «распахнуторотая», «та, которая широко открывает рот»; «широкоротая»; «женщина с десятью тысячами ртов». Клеопатру также называли Хейлон - «Толстогубая».

Несмотря на хорошие задатки настоящей правительницы, Клеопатра более всего любила потакать своим желаниям. И желаниям своих героических любовников. Клеопатра всегда отлично знала, что именно хочет от неё мужчина, какой хочет её видеть. Для Цезаря она была умной и скромной, а для Марка-Антония - неистовой охотницей за плотскими утехами.

Поистине красивой была греческая гетера Фрина. Имя же Фрина означает в переводе с греческого «жаба». Но этим именем девушка была награждена вовсе не за какие-то провинности. Как утверждают историки, в Древней Элладе так называли женщин с оливковым – более светлым, по сравнению с привычным для смуглых греков, – оттенком кожи. Дочь состоятельного врача Эпикла, девушка получила хорошее образование.

Рано осознав себе цену, умная и честолюбивая красавица поняла, что благодаря внешности она сможет многого добиться. Её совершенно не привлекал удел обычной провинциальной домохозяйки, к чему сводилась судьба многих гречанок.

Девушка отправилась в Афины, дабы приблизиться к столичной светской жизни и, в конечном счете, осуществить свою давнюю затаённую мечту – стать гетерой, ведь этим вольным светским львицам разрешалось многое из того, что для остальных женщин Эллады было под запретом.

Свободная и насыщенная жизнь гетер влекла и манила. Эти женщины могли появляться на всех важных собраниях, как сейчас бы сказали – «тусовках», даже на политических. Они могли, не стесняясь, демонстрировать свою исключительную красоту и подчёркивать её откровенными нарядами, могли позволить себе свободное обращение с мужчинами, даже и с незнакомыми, – разговаривать с ними, спорить, кокетничать.

В их арсенале были и косметика, и духи, и парики, и шиньоны. Они могли украшать себя, как только им вздумается, что было неприемлемо для благородных замужних дам. И Фрина не прогадала. В Афинах её прелести были оценены по достоинству: её поклонниками стали многие высокопоставленные и знаменитые мужи – как от политики, так и от искусства. В том числе Апеллес и Пракситель, оставившие нам в своих нетленных шедеврах-произведениях образ прекрасной куртизанки-гетеры.

По мере того, как росла слава прекрасной гетеры, росли и размеры её вознаграждений, и, соответственно, аппетиты самой красавицы. Ночь для жаждущих ее любви стоила целое состояние, и Фрина, ставшая уже настолько богатой и свободной, что вполне могла бы оставить свое ремесло, стала назначать цену своим клиентам только в зависимости от того, как она сама лично к ним относилась. Если поклонник ей не нравился, то не могло быть речи ни о каких отношениях.

Ангелика Кауфман. Фрина соблазняет философа Ксенократа 1794

Историки донесли до наших времён свидетельства того, что, будучи совершенно не расположенной к царю Лидии, она назвала ему абсурдную и баснословную сумму за свою любовь, надеясь, что это охладит его пыл. Но одержимый страстью влюблённый правитель, тем не менее, согласился и заплатил Фрине эту невообразимую сумму, что потом немалым образом отразилось на бюджете страны, для восстановления которого ему пришлось поднять налоги.

К 25-ти годам у Фрины было уже изрядное состояние. Она обзавелась собственным домом, рабами и всем необходимым убранством с обстановкой, демонстрирующими её высокий статус.

Конечно, жизнь такой женщины не могла обойтись без драматических событий. В гетеру влюбился оратор Евфий. За её любовь он был готов выложить все свое состояние. Чтобы помолодеть и понравиться возлюбленной, он даже сбрил бороду и домогался благосклонности изо всех сил. Но неблагодарная куртизанка высмеяла его.

Куртизанка Фрина

И тогда Евфий подал на гетеру жалобу в афинский суд с обвинением в безбожии, что было серьёзным обвинением по тем временам и влекло к изгнанию или к смертной казни. Причиной всему стала статуя Афродиты Книдской – та, которую скульптор Пракситель изваял некогда по подобию тогда только начинавшей малоизвестной гетеры-чужестранки.

За это-то и обвинил гетеру в безбожии и кощунстве оратор Евфий, отвергнутый ею. Якобы, позволяя поклоняться себе, как богине, куртизанка тем самым оскорбляла величие богов, а также постоянно развращала самых выдающихся граждан республики, «отвращая их от службы на благо отечества».

На суде Фрину защищал оратор Гиперид, давно добивавшийся ее благосклонности. За это она пообещала ему стать его любовницей. Но, несмотря на всё красноречие адвоката и показания свидетелей, судьи были настроены крайне сурово, и дело принимало всё худший оборот.

Тогда Гиперид произнёс свои знаменитые слова:
– Благородные судьи, посмотрите вы все, поклонники Афродиты, а потом, приговорите к смерти ту, которую сама богиня признала бы своею сестрой! – и резким движением сдернул с плеч стоявшей перед судом Фрины покрывала, обнажив подсудимую.

«Судей объял священный трепет, и они не осмелились казнить жрицу Афродиты», – писал историк Афиней, ведь по представлениям греков того времени, в таком совершенном теле не могла скрываться несовершенная душа. Гетеру оправдали, а Евфия суд наказал крупным штрафом.

Таис Афинская - дерзкая гетера, соблазнившая Александра Македонского. Вошла в историю, как неприступная красавица, хоть и была проституткой.

В отличие от гетеры Фрины, Таис не вдохновила ни единого скульптора или художника, никто не запечатлел красоту её тела и лица. Это тем более странно, что Таис Афинская была не обычной гетерой, а лучшей подругой и любовницей самого Александра Македонского, а впоследствии стала второй женой царя Египта Птолемея Первого, от которого родила двоих детей - дочь Эйрену и сына Леонтиска.

О ней почти нет упоминаний и в летописях. Словно само провидение позаботилось о том, чтобы об этой гетере не осталось никакой памяти. И всё же о ней знают, её помнят, а всё - благодаря её крайне эксцентричному и, одновременно, патриотичному поступку… Так кто же она - Таис Афинская и что она сделала?

“...Птолемей не мог оторвать взгляда от незнакомки, как богиня возникшей из пены и шума моря. Медное лицо, серые глаза и иссиня-черные волосы - совсем необыкновенный для афинянки облик поразил Птолемея.

Позднее он понял, что медноцветный загар девушки позволил ей не бояться солнца, так пугавшего афинских модниц. Афинянки загорали слишком густо, становясь похожими на лилово-бронзовых эфиопок, и потому избегали быть на воздухе неприкрытыми. А эта - меднотелая, будто Цирцея или одна из легендарных дочерей Миноса с солнечной кровью, и стоит перед ним с достоинством жрицы. Нет, не богиня, конечно, и не жрица эта невысокая, совсем юная девушка.

Вот такой гетерой и была Таис.

В Аттике, как и во всей Элладе, жрицы выбираются из самых рослых светловолосых красавиц. Но откуда ее спокойная уверенность и отточенность движений, словно она в храме, а не на пустом берегу, нагая перед ним, будто тоже оставила всю свою одежду на дальнем мысу Фоонта? Хариты, наделявшие женщин магической привлекательностью, воплощались в девушках небольшого роста, но они составляли вечно неразлучное трио, а здесь была одна!”

Так начинается книга Ивана Ефремова "Таис Афинская", благодаря которой уже не одно поколение узнало об этой великой женщине, действительно жившей в Афинах. Но Ефремов воспел не столько красоту гетеры, а сколько её мудрость и отвагу.

От своих современниц Таис выгодно отличалась внешностью, а её гордый характер, бойкий ум позволяли стоять на уровне с достойнейшими мужами, что не мог не заметить сам царь Македонии – Александр.

Став возлюбленной царя и военачальника, Таис сопровождала его даже в военных походах. Именно во время одного из них, закончившегося полным разгромом персов и захватом царского дворца в Персеполе, Таис и совершила то, о чём с упоением писали многие историки.

Особенно красочно описывают его Диодор Сицилийский и Плутарх. Согласно их записям, в павший под натиском македонской армии Персеполь Таис въехала на колеснице.

Обнажив своё прекрасное тело, прикрытое лишь драгоценными украшениями, ничуть не смущаясь множества солдат, приветствовавших её криками, она гордо проехала по двору, была мила и весела на царском пиру, а, дождавшись, когда все присутствующие изрядно выпили, вдруг схватила факел и стала призывать царя и его солдат сжечь дворец.

Александр Македонский с гетерами в захваченном Персеполе. Таис призывает царя предать дворец огню. Рисунок Г. Симони.

Подвыпившие и разгорячённые мужчины без лишних слов исполнили её желание. Жемчужина персидской культуры, удивительный архитектурный комплекс – был сожжён до тла и разрушен….

Этот её поступок можно было бы осуждать, не зная предыстории, но у Таис действительно были причины отомстить персидским «варварам»: совсем недавно её семья вынуждена была бежать от персидских войск, а вернувшись обратно в Афины, ужаснуться обугленным руинам, в которые превратился великолепный мраморный город. Эта обида глубоко запала в сердце афинянки и она не могла отказать себе в удовольствии отомстить Ксерксу.

Таис поджигает Персеполь. Картина Джошуа Рейнольдса, 1781 г.

"– И пусть люди говорят, что женщины, сопровождающие Александра, сумели отомстить персам за Грецию лучше, чем знаменитые предводители войска и флота! – потрясая горящим факелом, закончила свою речь воинственная гетера. …И слова её потонули в громком гуле одобрения и рукоплесканий."(с)

Это событие, ставшее самой яркой главой в истории Таис, гетеры из Афин, лишний раз доказывает, сколь велика власть женщины в этом мире. Мудрая женщина может добиться исполнения любого своего желания, яркая – вдохновить на поступки и творческие порывы, а страстная и отважная - повести за собой на любые подвиги и свершения. А если всё это соединить?...

Китайская императрица У Ху династии Тан ввела в придворный этикет обычай «облизывание тычинок лотоса», который символизировал пришествие эры женского превосходства.

У Ху требовала, чтобы все правительственные чиновники и посещавшие её сановные особы выказывали своё особое уважение к Её Императорскому Величеству посредством куннилингуса. Так, старинные картины изображают императрицу поддерживающей своё платье, а сановник, стоя перед нею на коленях, целует её гениталии.

В китайских рассказах XVIII-XIX веков можно прочитать о романтическом и удобном кресле. Крупные землевладельцы довольно широко использовали это приспособление.

Это было складывающееся кресло с автоматическими захватными устройствами для рук и ног, когда женщину сажали в это кресло, захваты срабатывали и фиксировали её руки и ноги, а само кресло раскладывалось, превращаясь в миниатюрную кровать. Подобные кресла запретили во времена владычества маньчжуров.

Шехерезада прославилась своим умом. После каждого акта любви она рассказывала своему повелителю сказку, которую прерывала на самом интересном месте. Султан, изначально хотел сослать ее в нижний гарем, как жену, которая его больше не удовлетворяет, но так этого и не сделал, поскольку она была неутомимой сказочницей, и таких историй ему никто не мог рассказать.

Шахерезада и ее книга сказок «Тысяча и одна ночь» - это народная легенда о той самой гениальной фантазерке, которая была самой желанной женой султана ровно 1000 ночей. Что стало с ней потом, неизвестно. По некоторым источникам она умерла от какой-то инфекционной болезни.

Кровавая графиня Альжбета Батори стала музой живописца Караваджо, его натурщицей и богиней. По легенде, она обладала неземной красотой и имела лицо юной девушки до самой смерти, а все потому, что мучила и убивала молодых девушек, а затем купалась в их крови.

Она умертвила около шестисот женщин, среди которых были не только служанки и крестьянки, но и женщины благородного происхождения. Батори приписывают изготовление чудовищных механизмов. Среди них - металлический гроб с шипами внутри, шипы не глубоко проникают в тело, лишь причиняют кровотечение. При этом жертва медленно умирает от потери крови.

В арсенале Кровавой графини было несколько тысяч мучительных пыток и приспособлений. В 1611 году в возрасте 50-ти лет Альжбету Батори судили, а затем разъяренная толпа устроила самосуд - графиню замуровали в стене ее замка в Малых Карпатах.

По другой версии, вдову Батори оклеветали, поскольку она была богаче короля, а тот хотел забрать у нее земли и золото. Куда исчезли ее пятеро детей после ее смерти, также неизвестно, но несмертные богатства вдовы Батори отошли королевской семье.

В историю она вошла как красивейшая женщина Европы с неувядающей молодостью, а в Венгрии до сих пор для завлечения туристов ее называют вампиршей, не уступающей по числу злодеяний и жестокости Владу Цепешу, прототипу графа Дракулы.

Сладострастная маркиза Де Помпадур, фаворитка французского короля Людовика XV, до сих пор считается одной из самых неутомимых и искусных любовниц. Секрет ее страсти - в сельдерее.

В ее ежедневное меню входили два сильнейших афродизиака - шоколад и корень сельдерея. Дамочка с утра выпивала чашку горячего шоколада с порошком из корня сельдерея, а в течение дня ела салат из сельдерея, яблок и грецких орехов.

Доподлинно неизвестно, знала или она о возбуждающем действии этих продуктов, но занималась сексом она по пять-десять раз на дню и с разными партнерами. Кстати, во многих странах крестьяне вешали пучок сельдерея в изголовье кровати в первую брачную ночь.

Маркизе де Помпаур (Жанна Антуанетта Пуассон) ещё в девять лет предсказали, что она будет иметь отношения с самим королём. О её происхождении точно не известно. По одной из версий, она была вовсе не из богатой семьи, но ей очень повезло найти себе покровителя в лице дворянина.

Её встреча с королём Людовиком XV произошла на маскараде. Король был заинтригован поведением девушки, скрывавшей лицо под маской, а когда она её сняла, это окончательно сразило монарха. Продвижение к цели дальше было нелёгким, но Жанна всё же добилась своего, став официальной фавориткой короля.

Она продолжала бурную деятельность - занялась развитием искусства, став для многих литераторов и художников того времени величайшим покровителем. Маркиза де Помпадур до самой своей смерти оставалась для Людовика не просто любовницей, всегда блистательной и оригинальной, но и другом, что большая редкость.


Вам будет интересно
Александра Кузьмина
Реклама
Комментарии (0)
Elena Shitakova
Elena Shitakova
Автор
415 дн. назад
/// Scroll to comments or other