Лучшие европейские дизайнеры | Colors.life
343

Лучшие европейские дизайнеры

Представляем пятерку лучших европейских дизайнеров. Мы решили не ограничиваться общей информацией, а собрали факты, которые помогут наладить с этими людьми личный контакт.

1. Фабио Новембре
Он регулярно фотографируется без штанов, примеряет на себя терновый венец мессии, не может и минуты спокойно простоять на месте, а на вопросы о творческих планах отвечает в духе “хочу дышать, пока не задохнусь”. Не удивительно, что к Фабио Новембре крепко приклеился эпитет “молодой итальянский дизайнер”. Даже разменяв пятый десяток, он все еще возглавляет список подающих надежды. Если говорить о конкретных работах, то эти надежды Фабио давно оправдал. А если рассуждать глобально (как он сам любит), то благодаря Новембре мы все еще можем надеяться, что современный дизайн – не просто конвейерное производство мебели, а настоящая фабрика грез.

Это надо знать:
• Фабио не умеет рисовать. Зато он пишет стихи.
• Внешность обманчива: Новембре не имеет никакого отношения к гей-культуре. На самом деле он любящий муж и отличный отец.
• Дизайнер не прочь поработать в России. “Единственное требование к заказчику – он должен быть так же вовлечен в проект, как и я сам”, – говорит Фабио. Имейте в виду, что темперамент у Новембре вулканический. Если вы способны выдержать такой накал страстей, окажетесь в выигрыше: “Когда работа меня по-настоящему увлекает, ­гонорар особого значения уже не имеет”.
• Фабио верит в любовь.
• Утверждает, что архитектурное образование в Италии не дает ни ­малейшего представления о реалиях этой профессии.

2. Филипп Старк
Родись Старк несколькими веками раньше, он наверняка стал бы проповедником. “Если к вам обратился замерзший человек, не предлагайте ему радиатор, лучше согрейте его теплом своего тела”, – говорил Филипп на одной из своих лекций. Таких его изречений с призывами к разумному, доброму, вечному можно насобирать на целую книгу. Благодаря миссионерской деятельности Старка дизайн превратился в современную религию, где столы и стулья выполняют роль икон, а интерьеры приравниваются к храмам. Но главное, он не просто породил новый культ, а сделал его общедоступ­ным. Тот, кто не может позволить себе хрустальную люстру Baccarat по астрономической цене, может купить пластмассовый табурет Kartell за двести евро. Это ли не любовь к ближнему?

Это надо знать:
• Интерьеры Старка сделаны по рецепту газет-таблоидов: секс, ­насилие и неистовство чувств. Дозировка этих ингредиентов зависит от проекта и настроения дизайнера. Например, в московском ресторане Bon больше насилия, а ресторан Baccarat на Никольской целиком про любовь, высшее проявление которой, по словам Филиппа, – каннибализм.
• Старк оформляет интерьеры “под ключ” в рамках своего проекта Yoo. Например, квартиру-студию в Майами можно купить за $375 000.
• С мебелью Старка легко получить дом с привидениями. Он придумал целую серию предметов-призраков: стулья Louis Ghost и Victoria Ghost, табурет Сharles Ghost и зеркала François Ghost.

3. Альфредо Хаберли
В юности у Альфредо – в то время он работал скромным чертежником – была подружка, публиковавшая для него любовные записки под видом рекламы в журнале Domus. Хаберли тоже решил “засветиться” в культовом издании и занялся дизайном мебели. Увы, его муза не получила с этого никаких дивидендов. Хаберли женился на другой. Теперь его вдохновляет семья. Он делает компактные предметы – потому что они с женой живут в маленьком домике в Цюрихе. А после рождения сына увлекся дизайном для детей. Хаберли работает точно, как швейцарский часовщик: проектируя проволочный стул для ClassiCon, он первым из дизайнеров догадался расположить решетку сиденья в продольном, а не поперечном направлении. Сидеть на таком стуле гораздо удобнее.

Это надо знать:
• Хаберли родился в Аргентине. В возрасте четырнадцати лет вместе с родителями переехал в Швейцарию. При этом является поклонником скандинавского дизайна. Вещи у Альфредо получаются такими же причудливо-красивыми, как дети от смешанных браков.
• Хаберли говорит, что уже давно заработал себе на старость и занимается дизайном исключительно ради удовольствия.
• Частных интерьеров в портфолио Хаберли пока нет. Зато есть несколько общественных: рестораны, шоу-румы Kvadrat, Luceplan, Camper и даже одна хирургическая клиника.
• Заказчикам Альфредо стоит набраться терпения. Он утверждает, что “заканчивать работу быстрее, чем за два года, просто неприлично”. Таков, по его словам, современный кодекс дизайнерской чести.

4. Торд Бонтье
В конце 1990-х молодой голландец делал реди-мейды из винных бутылок и деревянных ящиков. Но в 2002 году в магазине Habitat появилась его люстра Garland – ажурная цветочная гирлянда, ­вырезанная с помощью лазера. Покупатели буквально “писались в очередь”, чтобы заполучить этот шедевр. С тех пор Бонтье ничего принципиально нового не придумал: узнаваемые цветочки-листики кочуют со штор на диваны, с диванов на ковры, а с ковров на посуду. Но в изобретательности ему все равно не откажешь: он вскрыл в циничном современном человеке неутолимую тягу к ­телячьим нежностям и успешно играет на этих душевных струнах. И пусть мелодии у него не слишком разнообразные, зато от них щемит сердце и действуют они так же безотказно, как пение сирен.

Это надо знать:
• “Развитие новых технологий не должно ущемлять людей и их чувства”, – говорит Бонтье. Его любимая техника – лазерная резка, позволяющая превратить в кружево бумагу, ткань или металл.
• В детстве Торд мечтал “стать лесником и ухаживать за зверюш­ками”. Теперь растения и “зверюшки” – главные герои его дизайнерских разработок.
• В изготовлении жилых интерьеров Бонтье замечен не был. Зато делает инсталляции – эфемерные, как сон, и очень поэтично озаглавленные: Happy Ever After, Winter Wonderland.
• Прежде чем доверять ему обустройство дома, подумайте: готовы ли вы жить в сказке?
• В переводе с голландского фамилия дизайнера означает ­“маленький боб”.
• Главный романтик современного дизайна с детства ­обладал коммерческой жилкой. В школе приторговывал самодельными сережками, а популярность люстры Garland отчасти объясняется ее ценой – 19 фунтов.

5. Инго Маурер
Томас Эдисон изобрел электрическую лампочку. Инго Маурер придумывает для нее красивую и с юмором сделанную упаковку: то снабдит источник света ангельскими крылышками, то “разольет” его в бутылочки для Campari. На первый взгляд, юмор у дизайнера типично немецкий: доходчивый и не слишком изощренный. Но у многих шуток есть “двойное дно”. Например, светильник в виде банки супа Campbell – это уже не поп-арт, а постмодернистский реверанс в сторону Энди Уорхола. Названия вещей у Маурера тоже со смыслом. Не надо быть полиглотом, чтобы догадаться: лампа Eddie’s Son – это не какой-то там безвестный сын Эдди, а тот самый Эдисон, с которого все и началось.

Это надо знать:
• Маурер не делает интерьеров “от и до”. Зато придумывает светильники, способные добавить “огонька” в любой интерьер.
• В молодые годы Маурер танцевал сальсу. ­Латинскую музыку он любит до сих пор.
• Маурер основал собственную марку Ingo Maurer, которая выпускает все его разработки. На эту компанию работают и приглашенные дизайнеры. Поэтому далеко не всякая вещь с биркой Ingo Maurer имеет к Инго непосредственное отношение.
• Родившийся в 1932 году немецкий дизайнер считает Адольфа Гитлера главным злодеем всех времен и народов. Видимо, знает, о чем говорит.
• Маурер часто поминает в названиях своих работ имя инженера Томаса Эдисона. Но и сам дизайнер может похвастаться “именной” лампой. Ему посвящен светильник Dear Ingo голландской марки Moooi.
Источник: http://www.admagazine.ru/mebel


Теги
#дизайн
Вам будет интересно
Комментарии (1)
Masha Mamonova
Ой, Старк вообще гений)
693 дн. назад 0
Комментарий был удален.
Ирина Кизилова
Ирина Кизилова
Автор
694 дн. назад
/// Scroll to comments or other